10:00-19:00 
мы на связи

Новости 15.02.2018
77905_1518605597.jpg

Несколько лет назад, когда на очередной «Скитаг» в горнолыжный комплекс «Снежком» приехал один из лучших спусковиков команды Австрии, Михаэль Вальххофер, я спросил у него – отца троих детей – как он справляется с волнением, стоя в стартовых воротах трассы «Штрайф». «С годами я научился не думать перед стартом о семье и детях, - признался Михаэль. – Но это было очень сложно».

Данная статья готовилась к публикации в The New York Times в прошлую субботу, 10 февраля - к первому старту соревнований по горнолыжному спорту в олимпийском Пхенчхане. Однако из-за ветра скоростной спуск у мужчин был перенесен на 15 февраля, и у автора статьи Билла Пеннингтона (Bill Pennington) появилось дополнительное время, чтобы еще раз обратить внимание своих читателей на опасности и риски, связанные с самыми скоростными гонками как Олимпийских игр, так и Кубка мира. На мой взгляд, Билл сходу сознательно сгущает краски, публикуя статью под заголовком «Смерть и опасность  в скоростном спуске» (Death and Danger in the Downhill). Впрочем, мнения спортсменов о своей профессии от этого менее ценными не становятся.

 «Спортсмены, принимающие участие в самых опасных соревнованиях горнолыжного многоборья – скоростном спуске, относятся к той категории людей, которые имеют интимные, непростые отношения со смертельной опасностью, с которой они сталкиваются всякий раз, покидая стартовые ворота.

Это признают все гонщики, но ситуация очень редко обсуждается в их узком кругу.
Однако подсознательное понимание страшного риска, вероятность того, что следующий заезд может оказаться последним, постоянно незримо присутствует, будто приклеенный  к подкладке в задней части шлема у каждого рейсера.

Скоростной спуск  на Олимпиаде Пхенчхане в этом году был отложен из-за сильных порывов ветра в воскресенье и перенесен на четверг. Это дало дополнительные четыре дня, чтобы получше рассмотреть все опасности, которые будет представлять гонка.
77905_1518605668.jpg

В последнее время мысли о риске стали чаще присутствовать среди спортсменов. Менее чем три месяца назад горнолыжное сообщество было потрясено смертью французского лыжника Давида Пуассона, который упал во время тренировочного спуска в Альберте, Канада. По словам полиции, Пуассон пробил  два ряда защитной сетки и ударился о дерево. Один из лучших специалистов Кубка мира в скоростном спуске, бронзовый призер чемпионата мира 2013 года, 35-летний Пуассон тренировал скоростной спуск перед первым скоростным этапом Кубка мира по горнолыжному спорту сезона 2017/18.

Со специалистами скоростных дисциплин, которые, как правило, входят в число самых общительных и открытых спортсменов горнолыжного спорта, очень сложно обсуждать некоторые аспекты их профессии. Между собой они вообще практически этого не делают. Это не табу, но негласное правило, которое неукоснительно соблюдается.

«Чаще всего мы не обсуждаем степень риска во время гонки, - говорит Брайс Беннет, один из нескольких перспективных спортсменов из команды США, которые участвуют в соревнованиях в Пхенчхане. «Потому что нам это не помогает. К тому же, если вы слишком много говорите об этом, то очень скоро обсуждение становится реальностью ».

Смерть Пуассона стала наглядным напоминанием об опасности, которой регулярно подвергаются горнолыжники на ледяном покрытии трассы спуска, которое они преодолевают на скорости 140 км/ч. После несчастного случая со спортсменом из Франции  гонщики Кубка мира внезапно обнаружили, что им сложно нестись  вниз по трассе  с прежней запредельной агрессивностью.

77905_1518605747.jpg

«Это был настоящий шок, - говорит Свиндаль.  - Мы осознаем степень риска, мы знаем о риске уже с подросткового возраста. Но мы прячем эти мысли, поскольку должны продолжать делать то, что любим больше всего».
Свиндал сделал паузу, затем, вернувшись к теме Пуассона, добавил: «Но знаете, когда происходит  что-то типа ...» Норвежец выглядел так, словно хотел закончить фразу или завершить свою мысль. Вместо этого он остановился и спросил, можно ли ему сменить тему

77905_1518605788.jpg

Дело в том, что самые плохие вещи могут случиться с вами, когда вы мчитесь сломя голову в одном спортивном комбинезоне и пытаетесь найти самую короткую траекторию и самый быстрый снег, чтобы мчаться еще быстрее.

«Мы все знаем, что если улететь в сетки, то  это будет больно», - говорит Беннетт.
Коллега Беннетта по команде США Эндрю Вейбрехт, завоевавший серебряную и бронзовую  олимпийские медали, а также получивший множество серьезных травм в результате падений, сказал, что в начале гонки все напряжены и у каждого нервы на пределе – все осознают последствия плохого скольжения или плохого прыжка, или даже факторов, которые вне контроля гонщика, например внезапный порыв ветра или выбоина на полотне трассы.

77905_1518605826.jpg

Иногда, из-за падений одного, или нескольких спортсменов, ушедших на трассу  под более ранними номерами, оставшиеся в стартовой зоне ждут по 20 или 30 минут, пока их пострадавшего товарища эвакуируют в госпиталь.  Это добавляет напряженности.

«Когда несколько классных гонщиков падают, а ты стоишь там и ждешь своего старта, то появляются мысли: неужели я на самом деле хочу это сделать?  И как мне это сделать и при этом остаться целым и невредимым? », - говорит Вейбрехт.

Поиск способа управления внутренним ощущением опасности, несомненно, является частью приобретенных навыков каждого спортсмена мирового уровня.  Неудивительно, что об этом мало что известно даже семье гонщика.

 «Моя бедная мама, - говорит Беннетт.  - Она не думает, что я сильно рискую, но я точно знаю, что бывают моменты, когда мама очень за меня переживает».
В то же время Осборн-Паради рассказал,  что его жена была первым человеком, которому он сообщил о смерти Пуассона.

«Мы поговорили об этом - мы вообще говорим с ней обо всем, что происходит», - говорит Мануэль, которого в 2011 году на вертолете эвакуировали в больницу после падения. Но жена не просила его прекратить ездить на лыжах или ездить медленнее. «Это ведь в то же время способ зарабатывать деньги для моей семьи и жить хорошей жизнью».

77905_1518605924.jpg


На самом деле: спортсмены, специализирующиеся на скоростных видах горнолыжного многоборья, не охвачены всепоглощающим страхом. Все по многу лет участвуют в соревнованиях, при этом многие переживают падения, которые в большинстве случаев не приводят к серьезным травмам. Многим падения вообще не причиняют никакого вреда. К примеру, американец Джаред Голдберг, который тоже будет соревноваться в Пхенчхане, трижды падал в соревнованиях Кубка мира. Как только его товарищи по команде узнали, что Голдберг легко отделался, они вместе посмотрели видео с падениями.

«Мы смеялись», - сказал Беннетт с усмешкой.
Но есть и другая сторона медали: Беннет сказал, что если это действительно серьезное падение, то они его не смотрят.  «Так оно и есть», - говорит он, и его лицо меняется. «Это ведь то, на что мы подписались».

77905_1518605951.jpg

Источник: SKI.RU




Рассказать друзьям: